Цтцти_т
primal soup of water, amino acids, gunk, and who knows what else
Наследие


Как бы ты ни стремился к неизведанному, когда кто-то скажет тебе, что видит призрака, ты не поверишь...
Наруто/Саске или Саске/Наруто
R, мистика, романс
в процессе редактирования

Глава третья. Твой дивный голос


Разум твердит нет, но вера не покидает нас.
Джеймс Босуэлл "Жизнь Самюэля Джонсона"


Итачи и Обито сели за кухонный стол, ожидая когда Саске заговорит. Тот отошёл за кресло, явно стараясь держаться как можно дальше от родственников. Хотя Какаши остановился у двери, я счёл себя в числе приглашённых и уселся на один из свободных стульев. От кухонной стойки мне открывался прекрасный вид на всё происходящее.

- Э, что? - спросил Обито, покосившись на Итачи, который пристально смотрел на брата, ничем не выдавая своих мыслей.
Ногти Саске впились в деревянную спинку.

- Я сказал, что вижу призрака. Или привидение, вроде Каспера.

- Каспер, дружелюбное приведение? - вставил я.

Саске передёрнул плечами в ответ.

- Насчёт дружелюбия ничего не могу сказать. Он со мной не разговаривает.

Стоило мне открыть рот, чтобы спросить, делал ли этот призрак хоть что-то, Обито болезненно скривился.

- Саске... я не знаю. Призрак?

Этими словами, да и тоном, которым он их произнёс, Обито явственно давал понять, что едва ли верит в призраков. Саске только сильнее впился в спинку. Надо заметить, что моё недоверие он перенёс куда легче.

Ответа не последовало, поэтому Обито подвёл итог:

- Не нравится мне всё это.

Саске посмотрел куда-то за моё плечо и нахмурился. Его призрак что, стоит где-то здесь, позади меня? Мне отчаянно захотелось обернуться, но вместо это я лишь подвинул стул так, чтобы иметь возможность проследить его взгляд. Разумеется, там ничего не было.

- Думаю, мы все знаем, что это значит, - наконец, заговорил Итачи. Я вот ничего не знал и как раз хотел высказаться на этот счёт, но Итачи повернулся ко мне. - Не мог ты выйти, Наруто? Это семейное дело.

Я не смог придумать повода, чтобы остаться. Я не был частью семьи, и всё же, вставая, я невольно с беспокойством взглянул на Саске. Засунув руки глубоко в карманы, он мрачно смотрел на поблёскивающую поверхность стола. Не в силах ничего придумать, я вышел из кухни и закрыл за собой дверь.

Какаши стоял на крыльце и наблюдал за тем, как тяжёлые дождевые капли падают на порог. Я присоединился к нему.

- Пойми их правильно, - сказал Какаши, бросив на меня мимолётный взгляд. - Итачи просто хочет защитить свою семью.

- Это несправедливо, - пожаловался я. Ничего удивительного, что он слышал наш разговор. - При первой возможности Обито обо всём тебе расскажет. В итоге все, кроме меня, будут обо всём знать.

Какаши тихонько фыркнул. Определённо, он уже знал что-то, о чём я даже не догадывался. В таком случае он мне и расскажет, что за чертовщина здесь творится.

- Ну? - потребовал я ответа, - Что ты знаешь? Расскажи мне.

Но он ничего не рассказал, ни после первой просьбы, ни после десятой.

Закончив разговор на кухне, Саске заперся у себя в комнате. Мне показалось это странным: если он повсюду видит призрака, то не должен оставаться с ним наедине. Призраки жуткие. В противном случае их бы никто не боялся. Если бы меня преследовала призрачная тень, пронизанная светом, мне бы хотелось, чтобы рядом постоянно был кто-то, другой человек. Саске же предпочёл остаться со своим призраком один на один.

Я представил, как он лежит один, на постели, глядя в угол и видя там призрака. Душераздирающее зрелище. Должно быть, ужасно. Если не сидеть у него под дверью, то ближе всего к нему моя комната. В тот день я провёл там немало часов.

Вечером Какаши постучался ко мне и, не дожидаясь приглашения, вошёл внутрь. Я сидел в кресле, по стечению обстоятельств в той же самой позе, что и Саске предыдущей ночью.

- Нам нужно поговорить, - начал Какаши.

Меня охватила паника.

- Мы же не едем домой, правда? Пожалуйста, скажи, что нет.

Какаши покачал головой, прерывая меня. И всё же я волновался - его лицо было таким серьёзным.

- Насчёт того, о чём ты спрашивал...

Да, то, о чём знали всё, кроме меня.

- Ты что-нибудь слышал о психических заболеваниях, которые передаются из поколения в поколение?

Я кивнул, изо всех сил стараясь не делать поспешных выводов.

- Фугаку - покойный брат Обито - провёл несколько лет в психиатрической лечебнице, прежде чем покончить с собой, - мягко сказал Какаши. - Они боятся, что что-то подобное может произойти с Саске.

В эту минуту я остро испытал сострадание. Поведение Саске, то, как он реагировал и как пытался справиться с проблемой, теперь всё это обретало смысл. Неудивительно, что он не говорил никому о своих опасениях.

- Он тоже видел призраков? - спросил я, имея в виду Фугаку. Обито несколько раз упоминал своего старшего брата, отца Итачи и Саске, но то были истории из детства или рассказы о детстве Саске и Итачи. Ничто в них не наводило на мысли о смерти.

- Нет. Но он схватил нож и напал на Обито. Это случилось лишь однажды, но он настоял на том, что сходит с ума, и добровольно ушёл в клинику. Чтобы быть уверенным, что это никогда не повторится, - объяснил Какаши. - Теперь ты знаешь, чего они боятся.

Да, теперь я знал, почему они напуганы. Стало ясно, откуда взялось это серьёзное отношение к подростковому кризису и обострившейся бессоннице. Я, наконец, понял, почему Саске так отчаянно не хотел рассказать о себе и почему не сомневался, что сходит с ума.

В смысле, наткнись я на призрака, то сперва бы струхнул. Ну, правда. Но затем попытался бы отыскать похожего на него человека и выяснить, что с ним случилось. Я бы даже поверил, что призраки существуют - в конце концов, многие верят в них - и попытался бы понять, почему эта потусторонняя сущность докопалась именно до меня.

- Так, а теперь-то что? - спросил я.

Какаши медлил с ответом, и, как всегда в подобных ситуациях, я занервничал. С учётом проступивших на его лбу морщин, я знал, что впереди меня ждёт ещё одна порция дурных новостей.

- Ты знаешь, они очень, очень богаты, - сказал Какаши. Ну и что мне делать с этой бесценной информацией? - Если просочатся слухи о том, что в их семье кто-то психически болен, это отразится на бизнесе, особенно, если речь идёт о подрастающем поколении.

- И? Они что, будут сидеть сложа руки? Или, может, запрут его на чердаке? - потребовал я ответа. Тупой бизнес, неужели Итачи настолько помешан на нём? Кому нужна работа, когда болен твой брат?

- Конечно, они примут меры, - резко ответил Какаши, одним своим взглядом убеждая меня в том, что он не допустит, чтобы произошло что-то плохое, даже если все Учихи разом потеряют здравый смысл. Это несколько успокоило меня. - Но нужно действовать осмотрительно.

- Да? Хочешь сказать, что я должен держать язык за зубами? Потому что я и не собирался болтать.
Какаши едва заметно улыбнулся.

- Не сомневаюсь в твоём здравомыслии. - Ну, разумеется, он не сомневался. Он же знал, что у меня есть голова на плечах. - Но потребуется помощь специалиста.

Какаши замолчал, а я ждал ответа. О чём он? Я предположить не мог.

- Лучше обратиться к проверенному человеку. К тому, кто согласится приехать на дом. Саске не должны видеть в больнице, - объяснил Какаши. - А психиатры редко выезжают на дом.

Я стоял озадаченный. Почему вся эта ерунда так важна, скажите, пожалуйста? После смерти родителей я много раз ходил на терапию, Какаши лично отводил меня к доктору. Мне было двенадцать и, знаете, я неплохо справлялся. Не плакал, даже когда разговор заходил о родителях и том несчастном случае. Но Какаши и учителя в школе вбили себе в голову, что мне нужна помощь. Я сменил несколько докторов, но, если забыть о самом первом, то сессии проходили спокойно - сидишь рассказываешь свои мысли, а они говорят, молодец, наконец-то наметился прогресс.

- Знаю, он тебе не нравится, Наруто, - Какаши вмешался в мои размышления. - Но он единственный психиатр, с которым мы знакомы давно, и чей номер Джирайя с лёгкостью даст нам.

При мысли, что моя догадка верна, я в страхе распахнул глаза.

- Орочимару? - спросил я, отказываясь верить в услышанное. Ну нет, быть не может. Какаши бы так не сделал, верно? - Пожалуйста, скажи мне, что ты не звонил ему.

Какаши вздохнул. Он не до конца понимал мою неприязнь к этому человеку, но виноват в этом был только я сам. Тогда это было излишне. Стоило попросить, он нашёл мне другого специалиста. Разве он не мог обратиться к кому-то другому сейчас?

- Итачи уже договорился с ним. Он приедет завтра.

Очевидно, нет. Сколько денег потратил Итачи, чтобы занятой практикующий врач побросал все дела и отправился чуть ли не на край света? Менять что-то уже было слишком поздно, однако я не мог не спросить:

- Итачи сказал ему, сколько Саске лет?

Какаши обвёл меня одним из своих самых проницательным взглядов.

- Да.

Я слегка расслабился, хотя эта информация мало что меняла. Да, Саске гораздо старше, чем был я, когда встретился с Орочимару. И всё равно я не хотел, чтобы этот извращенец оказался рядом с ним.

Но опять же, Орочимару был известным психиатром с незапятнанной репутацией. Его услуги могли пойти на пользу. К тому же у меня не было доказательств, которые я мог бы представить Итачи, и сверх того этот человек был братом моего крёстного отца. Так что я решил ограничиться тем, что глаз не спущу с этого старого педофила.

***

Как и сказал Какаши, Орочимару приехал на следующий же день. У него был всё тот же скользкий вид, сиреневая рубашка и внушающая отвращение улыбка. Когда Какаши представил его ссутулившемуся от усталости Саске, мне захотелось встать между ними и создать физическую преграду. Какаши крепко сжал моё плечо, точно сдерживая меня. То ли мои чувства так очевидны, то ли дело в том, что он видел меня насквозь.

Закончив знакомство с Обито и Итачи, Орочимару остановил свой безумный взгляд на мне.

- Наруто, - сказал он. Я точно наяву ощутил его руку, сжавшую моё колено - так сильны были воспоминания. - Ты стал значительно старше.

- Скверно, что мы не можем вечно оставаться детьми? - спросил я сквозь стиснутые зубы. Что в самом деле я имел в виду: разочарован, старый извращенец?

Рот Орочимару вяло растянулся в широкой улыбке.

- Рост - это естественный процесс, - ответил он, довольно безмятежно. - Мы идём вперед и встречаем на своём пути всё больше интересных людей.

Никогда, за всю жизнь у меня не было такого неистового желания ударить кого-то. Боже, я ненавидел его. Но пальцы Какаши впились мне в плечи, и я нашёл в себе силы отвернуться от старого змея.

Позже Обито нашёл меня в саду. Он приложил немало усилий, чтобы эта встреча выглядела случайной, но было вполне очевидно, что он искал меня.

- В чём дело? - спросил он, после того как несколько секунд с притворным интересом разглядывал сломанную доску в заборе. Я пожал плечами. - Ты ушёл из дома, едва пришёл доктор, и не вернулся к обеду.

Изначально у меня и в мыслях не было пропускать обед из-за... этого, так вышло случайно. Слишком глубоко задумался или что-то вроде того.

- Не хочу есть.

Обито недоверчиво поднял бровь.

- Ты и не проголодался? Это что-то новенькое.

Когда я не ответил, он решил спросить прямо.

- Почему он тебе так не нравится?

Я не хотел говорить ему. Бесполезное дело. Саске не ребёнок и, если Орочимару позволит себе выйти за рамки, он вполне может постоять за себя. Я в своё время промолчал, боясь показаться слабым и не до конца зная, как обрисовать происходящее, поэтому должен был молчать и сейчас.

Я снова пожал плечами.

- Просто не нравится.

Отдать ему должное, Обито в тот день ещё не раз попытался докопаться до истины. Я не сказал ему ничего. Он был отличным парнем и всё такое, но не тем человеком, которому я захотел бы довериться. Однако он сказал, на сколько назначен первый сеанс Саске, и за одно это я мог сказать ему спасибо.

***

В тот же день, после обеда, мы все вышли из дома, чтобы освободить гостиную для сеанса. Самое подходящее место, я полагаю. Радовало, что никто не предложил ограничиться комнатой Саске. С таким раскладом я бы поспорил.

Сперва я притворился, что крайне увлечён своими делами. Но когда я не смог и дальше удерживать себя на месте, я предупредил Какаши, что пойду пройдусь. Чтобы проскользнуть незамеченным, нужно было сделать изрядный круг, однако я постарался обернуться так быстро, как только мог. Окно в спальню Какаши и Обито, как и ожидалось, было широко распахнуто. Какаши всегда держал окно открытым, даже зимой.

Забраться в него было сущим пустяком, расстояние от земли до рамы сложно и высотой-то было назвать. Как можно тише я прокрался к гостиной. Через закрытую дверь не доносилось ни звука, поэтому я опустился на колени и прижался ухом к замочной скважине.

Сперва шла череда вопросов о том, как Саске себя чувствует, несколько об Итачи и Обито, об их реакции, и прочее, прочее, прочее. Видеть говорящих я не мог. Но голос, которым Саске произносил "да" и "нет" не был бы таким спокойным, если бы Орочимару дотронулся до него, верно?

Затем они подошли к интересующей меня теме.

- Расскажи мне что-нибудь о призраке, - попросил Орочимару. Отгороженный от меня дверью, он говорил как спокойный и знающий своё дело профессионал.

- Зачем? - возразил Саске. - Он просто галлюцинация.

- Даже если так, важна мельчайшая деталь.

Я испытал лёгкое неудовольствие от того, что мысленно согласился с этим "нехорошим доктором".

- Есть вероятность, что подсознание отражает реально существующую проблему, ту, с которой нам по силам справиться.

Саске немного помолчал, возможно, обдумывая услышанное.

- Это мальчик, - ответил он наконец.

Орочимару повторил, осторожно.

- Мальчик?

- Ему около тринадцати, может быть, меньше, - продолжил Саске. Ублюдок в самом деле был профессионалом. - У него нет... -

Саске осёкся, - Не могу сказать, чего он хочет.

- Но тебе кажется, что ему что-то нужно?

Короткое молчание, а затем Саске сказал:

- Не знаю. Об этом говорил Наруто.

При звуке моего имени сердце пропустило удар.

- Вот как? - спросил Орочимару, его голос стал прохладнее. Я улыбнулся себе. Похоже, он недолюбливал меня так же, как я недолюбливал его. Бог знает. - И что же он говорил?

- Он говорил, что призраки не преследуют людей без причины. Им что-то нужно

Серьёзно? Я? Никогда не верил в призраков, но что-то в этих словах определённо было. Позже я вспомнил - эта мысль посетила меня в ту ночь, когда он рассказал мне о призраке.

- Это звучит так, будто Наруто искренне верит в то, что призрак преследует тебя. Как ты к этому относишься?

- Не знаю, - подумав, ответил Саске. - Неплохо. Мне становится легче. Хоть кто-то не думает, что я псих.

От этих слов я отпрянул от двери. Он столько твердил о своём психическом расстройстве, все остальные твердили. Должно быть, ему приходилось нелегко. Но ему становилось лучше, когда я говорил так, будто верю ему? Ему становилось легче?

И кроме того, подумал я, вспоминая, каким измученным вставал Саске после бессонных ночей, кто сказал, что дело не в призраке? Я едва ли могу поверить в то, что не могу увидеть, но я смотрел столько фильмов ужасов. Призраки не появляются перед каждым, только некоторые могут увидеть их. Я определённо не из числа этих видящих. А Саске, может так случиться, совсем другое дело.

Если бы он ходил по дому и бубнил, что он какая-то там разновидность медиума, тесно связанная с миром духов, я бы ни за что не поверил ему. Но он был так уверен в том, что сходит с ума и страдает галлюцинациями... И мы так быстро приняли самое простое объяснение только из-за того, что его отец в своё время утратил рассудок.

Нужно непременно расследовать это дело.

Чтобы вернуться обратно пришлось сделать тот же самый здоровенный круг, но когда я снова подошёл к дому, сеанс ещё не завершился. Итачи снова отгородился ото всех ноутбуком, сосредоточенно печатая что-то. Какаши и Обито решили воспользоваться случаем и прибраться в саду. Опустившись на колени, Обито полол сорняки, а Какаши стоял поодаль, делая вид, что читает книжку, но самом деле, он пристально следил за своим приятелем.

Я сел на стул рядом с Итачи.

- Привет, - поздоровался я. Лучше было бы перекинуться парой слов с Обито, но я не мог ждать. С Итачи зато можно было быть откровенным. - В вашем доме кто-нибудь умирал?

Итачи впился в меня пристальным взглядом.

- Что?

- Ну, знаешь, здесь кто-нибудь умирал? Насильственной смертью?

Итачи продолжил смотреть на меня, как будто я был каким-то неведомым экспонатом.

- У Саске галлюцинации, Наруто. На самом деле он не видит призрака.

Первым порывом было сказать, что он не знает наверняка и что он, без всяких сомнений, плохой брат. Я сам себя удивил, когда нашёл в себе силы согласиться с его утверждением.

- Ну, так доктор пришёл как раз за тем, чтобы помочь. А я мне просто любопытно... - Итачи не купился, я знал это наверняка, поэтому закатил глаза. - Ну хорошо, я просто подумал, а вдруг он в самом деле видит призраков. Разве это не лучше?

Итачи отвёл от меня взгляд и теперь смотрел куда-то в пустоту. Было далеко за полдень, ясно и солнечно, где-то рядом звучал голос Обито. Но даже так, мне отчётливо вспомнилась ночь, когда я увидел Итачи у комнаты Саске. Он смотрел на меня тем же остекленевшим взглядом, что и тогда. Мне не удалось подавить дрожь, прошедшую по позвоночнику.

- Итачи? - неуверенно позвал его я. С видимым усилием Итачи снова посмотрел мне в глаза. При этом он ничего не говорил. Ни имея на то никаких причины, я был полностью выбит из колеи. Орочимару тратил время не на того брата. Тот, который сидел здесь, куда больше нуждался в психиатре.

Поднявшись на ноги, я повернулся, не в силах подавить желание увидеть, что он там разглядывал во время нашего разговора. Ничего - только тень, отбрасываемая домом, и сиреневатые деревья за забором; не то чтобы я ожидал, что обнаружить нечто особенное.

- Как-то раз здесь пропал человек, - сказал Итачи за моей спиной. Слова давались ему с усилием, как будто горло проталкивало на свет божий острую проволоку, а не слова. - Пятьдесят лет назад из этого дома исчез мальчик. Его так и не нашли.

Мальчик... Я глубоко вздохнул, чтобы стряхнуть то необъяснимое волнение, которое охватило меня, точно река хлынула после дождя. Мальчик? Есть шанс, чтобы за всем этим что-то есть.

Мой голос слегка дрожал, может быть, больше от предвкушения, чем от страха или недоверия, когда я спросил:

- Ему было около тринадцати?

Итачи кивнул, один раз.

- Саске так описал призрака? Мне он ничего не говорил.

Удивительно, подумал я, ты же записал его в сумасшедшие с самого первого слова. Но вслух не сказал ничего.

- Кто он? Ты что-нибудь знаешь о нём?

Одно безумно долгое мгновение Итачи просто смотрел на меня, а затем его взгляд снова устремился куда-то вдаль. Я вздрогнул, опять не удержав себя в руках. Всякий раз, когда Итачи так делал, из его глаз точно высасывали жизнь и передо мной оставалось только тело, безжизненное и пустое. Он молчал дольше, чем в первый и во второй раз. И заворожённый, я смотрел, как он качает головой.

- Ты слишком далеко заходишь, - наконец ответил он. Взгляд его тёмных пустых глаз снова был устремлён на меня. - Ты не часть нашей семьи.

Обидно слышать такое. Нет, я не часть семьи. Даже Какаши не её часть. Но если он не хотел посвящать меня в их тайны, он мог бы выбрать слова помягче.

- Это не значит, что мне всё равно, - проворчал я, расстроенный. Может, у Итачи и было объяснение, но я не стал слоняться рядом, дожидаясь его.

Какаши бы не одобрил, начни я лезть в то, что было прямо названо не моим делом. Но я не мог пустить всё на самотёк. Особенно, после того как услышал про пропавшего ребёнка, который идеально подходил под описание Саске. Если Саске не знал о том случае, мальчик не мог ему просто примерещиться. Но даже если и мерещился, эта зацепка стоила того, чтобы за неё ухватиться. Обито наверняка знал все семейный истории, вот только как утаить то, что я приставал к нему с расспросами? Не только от Итачи и Какаши, но и от Саске - неясно, как он поведёт себя если, если узнает, что я пытаюсь доказать, что его рассудок в полном порядке.

Сад был огромным, но не настолько, чтобы найти место, где можно посидеть в одиночестве, находясь при этом в достаточно отдалении от Итачи, поэтому я решил присоединиться к Обито. Какаши взглянул на меня с подозрением, но вроде бы был рад видеть.

То, что есть кто-то, кто беспокоится о тебе, почти всегда приносит облечение.

***

Тем вечером мне так и не удалось переговорить с Обито. Он из сил выбивался, чтобы быть более радушным хозяином, чем его племянники. И старался сделать Орочимару частью той повседневной рутины, к который мы привыкли за последние несколько недель.

Я целиком пропустил обед. Я не хотел есть за одни столом с Орочимару, гораздо лучше пойти на кухню, когда они закончат. Даже если Саске сейчас выглядит отчасти ожившим. По телевизору показывали какой-то мультфильм, и я занял своё любимое место на диване. Настроение поднялось настолько, что некоторые моменты вызвали у меня улыбку.

Я не заметил, чтобы кто-то входил в комнату, но на колени мне внезапно опустилась тарелка полная сэндвичей. Я предположил, что это либо Какаши, либо, быть может, Обито. Но ни один из них, видя что я смотрю телевизор, не стал бы переключать канал, не спросив. Так мог поступить только Саске. Поэтому я наверняка знал, что это он - ещё до того, как он сел рядом.

Я поставил тарелку на кофейный столик и потянулся за пультом, чтобы включить обратно свой мультфильм. Он не имел права мешать, я пришёл первым, так что справедливо было смотреть то, что я хотел. Саске как можно дальше отвел от меня руку с пультом, и мне осталось только недовольно повернуться к нему. Попытайся я выхватить у него пульт, мы бы оба оказались в неудобном положении.

- Что случилось? - спросил Саске, когда я сдался.

- Что именно?

- Что он тебе сделал?

Я не мог знать наверняка, но имел все основания догадываться, о ком он говорит.

- Орочимару?

Ничем не подтвердив мою догадку, Саске продолжил ждать ответ на вопрос. Я задумался. Сегодня он выглядел немного лучше. Он украл мой пульт; и даже если его лицо не выдавало никаких эмоций, это обстоятельство изрядно веселило его. А раз ему лучше и он слишком взрослый, чтобы быть в опасности, нет смысла рассказывать.

- Ничего. Он ничего не сделал, - ответил я.

- Ты лжёшь.

Я не лгал, частично. Не знаю, как так вышло, но эти слова вызывали у меня желание объясниться. В конце концов, Саске рассказал мне о призраке. Моя история не так интересна. Я оглянулся на дверь, чтобы убедиться, что мы одни. Она была закрыта - странно, вход в гостиную с кухни всегда был открыт, отчего складывалось впечатление, что они соединяются в одну большую комнату. Можно было разговаривать, ничего не опасаясь, Саске позаботился об этом.

Я придвинулся к нему и зашептал.

- Это правда, он ничего не сделал. Только вот я не знаю, что было бы, если я бы не закричал и не убежал.

- Когда это было?

- Когда умерли мои родители. Мне было двенадцать, и в школе начались неприятности. Какаши счёл необходимым принять меры. - Я постоянно дрался, если он и верил, что я справлюсь со всем, то было лишь вопросом времени, когда я нарвусь на кого-то, кто отделает меня. - Директор предложил обратиться к психотерапевту. Орочимару - брат моего крёстного отца, поэтому он пошёл нам навстречу - хотя я был младше той возрастной категории, с которой он обычно работал.

Он специализировался на подростках 14-16 лет.

- И? - спросил Саске, когда я замолчал. - Что произошло?

Смущало то, что как раз этого я не мог как следует объяснить. Однако я зашёл так далеко, что стоило хотя бы попытаться. Едва ли Саске станет смеяться над чужими страхами.

- Ну, его офис больше всего походил на гостиную, уютный, тёплый. Представь себе. Я упорно не хотел отвечать на его вопросы - уже не помню, на какие именно - и тогда он наклонился ко мне, поближе, и опустил руку мне на колено. Я вскочил, опрокинул какой-то светильник и убежал.

Саске нахмурился.

- Звучит не очень профессионально.

- Да, но он ничего не сделал, - настаивал я. Если бы сделал, я бы без сомнений рассказал. - Но я не могу избавиться от ощущения, что этим могло не ограничиться, поэтому он мне не нравится. Даже если я ошибаюсь.

- Нельзя сказать, что ты слишком остро отреагировал. Ему не следовало распускать руки.

Голос его слегка дрогнул от злости, что было приятно. Но недоверие Саске к доктору вряд ли бы пошло на пользу сеансам, поэтому я добавил:

- Я видел такие жесты миллионы раз до и после, и они ничего не значили. Я отчаянно хотел вырываться оттуда, а он... подобрался слишком близко, если можно так сказать. Если подумать, я мог просто сорваться, потому что дёргался, как загнанный в ловушку зверь.

- Если ты думал, что он хочет растлить тебя, - прервал меня Саске, - ты наверняка был прав.

Да, я был полностью согласен. Я отчётливо помнил каждую деталь. Образы из прошлого твердили, что это не было невинной попыткой настроить меня на разговор. Я никогда не умел лгать, а Саске не из тех, кто легко ведётся на обман. Со вздохом я признал поражение. Мы не останемся в этой глуши навечно, он найдёт другого доктора, когда мы уедет.

- И так, - сказал я, заметив, что Саске, сощурив глаза, раздумывает о чём-то. В синеватом свете, исходившим от телевизора, изнеможение на его лице стало как никогда заметно. - Как прошёл сеанс? Стало легче? Или он норовил к тебе прикоснуться?

- Нет, - только и ответил Саске, очевидно - на последний вопрос.

- "Нет"? возмутился я, - и это после этого как я поделился с тобой детскими страхами?

- Да, - сказал Саске, но я заметил, что он усмехается. Что ж, если мне не по силам заставить его улыбнуться, то пусть лучше он усмехается, чем хмурится. Посмотрим, куда нас это приведёт.

Условия были идеальные, поэтому я попросил:

- Расскажи мне о призраке. Ты спросил его, чего он хочет?

Меня остро кольнуло сочувствие, когда Саске мелком взглянул в сторону, где не было ничего, кроме стены. Он никак не выдавал себя с самого начала разговора, но, очевидно, призрак всё это время был там.

- Не смешно, - наконец, сказал Саске. Он не отводил взгляда от стены, лицо его утратило всякие эмоции. Он прав, не смешно. Я и не думал смеяться. Но, кажется, именно тогда я перестал сомневаться и поверил, что он в самом деле видит призрака.

Из-за инцидента с пультом мы сидели практически вплотную, потому мне почти не потребовалось шевелиться, чтобы наклониться к нему и шепнуть:

- Покажи мне его.

Не знаю, встревожило ли его, то что я был так близко или он не замечал меня вовсе, но Саске слегка вздрогнул. Сидя с ногами на кушетке, в считанных сантиметрах от него, наклонив голову, я был достаточно близко, чтобы ощутить это.

- Что?

Я подпёр голову левой рукой и облокотился на спинку. Для того, кто жаждет знакомства с духом, моё сердце слишком волновал тот факт, что Саске не отодвигается.

- Он здесь, призрак? - спросил я, кивая на стену, на которую Саске смотрел несколько секунд назад. В глазах Саске что-то промелькнуло, прежде чем он развернулся и, сощурившись, с подозрением уставился на меня, он был гораздо ближе, чем я смел надеяться. - Скажи, где именно. Расскажи, как он выглядит. Расскажи, что искать.

- Наруто, - произнёс он. Мне положительно нравится то, как он произнести моё имя, когда хочет показать, что сомневается в моём рассудке. Так же, как сомневается в своём. Я улыбнулся. - В комнате никого нет. Он существует только у меня в голове.

- Если так, то я ничего не увижу. Нет причины прятать его.

Саске не отвечал; только внимательно смотрел на меня. Не знаю, были ли на его лице отблески эмоций, или это моё воображение разыгралось. Но есть ли разница, если он смотрел прямо на меня? Когда я прошёл одному ему понятный тест, Саске резко выдохнул.

- Прекрасно, - сказал он, голос его звучал спокойно, но прохладно. - Я покажу.

Я улыбнулся, опять, и воспользовался шансом придвинуться ближе. Саске пристально смотрел на стену, сомневаюсь, что он что-то заметил.

- Рядом с картиной, той, на которой маслом написаны ваза и сухие цвета. - Я вгляделся. Мрачное, безжизненное плотно. Цветы в вазе не просто засохли, они словно выросли из старой гротескной истории. "Жутковатый образ", подумал я. - С правой стороны от рамы.

Стена была ничем не примечательная, светлая. Я тщательно обследовал взглядом каждый её сантиметр, но не обнаружил ничего, кроме белой краски, а перед глазами от напряжение запрыгали серые пятна.

По какой-то причине Саске перевёл взгляд со стены на меня. Это отвлекало, мне словно передавалось его любопытство. Не оборачиваясь, я попросил:

- Расскажи о нём.

- Это ребёнок, около двенадцати, но он высок для своего возраста. У него очень тёмные волосы. Он одет в серые штаны и разодранную рубашку. - Саске препрервался, а потом, нахмурившись, продолжил: - Не могу перестать думать, что он мёрзнет по ночам - не могу..

Он оборвал сам себя. Делая вид, что не замечаю его недовольства, я прошептал:

- Думаешь, ему было холодно, когда он умер?

- Зачем тебе всё это? - резко спросил Саске. - Это галлюцинация.

Всё его внимание было сосредоточено на мне, поэтому я оторвал взгляд от пустой стены. Там всё равно ничего не было, по крайней мере ничего такого, что я мог увидеть.

- Затем... - мягко сказал я, задумываясь. Мы были так близко, что сидеть становилось неудобно, и когда Саске придвинулся, чтобы слышать каждое слово, которое я скажу, наши носы практически соприкоснулись. Не в силах сказать ничего, кроме правды, я выдохнул воздух, который за секунду до того украл у Саске: - что так мне спокойнее.

Саске прикрыл глаза и едва заметно опустил голову. Его волосы упали мне на лоб.

- Я не хочу ничего знать об этом. Не хочу знать, реален ли этот призрак или я сошёл с ума, или, может быть, маленькие зелёные человечки ставят на мне опыты. Мне нужно поспать - хотя бы немного.

Не знаю, что придало мне смелости. Безнадёжное отчаяние ли в его голосе, напряжение ли в плечах, или то, что он никак не реагировал на то, что мы сидим почти вплотную, хотя мы находились в гостиной, куда в любую минуту мог кто-то войти. Мы не делали ничего особенного, но при этом разделяли такую близость, которую я не испытывал никогда прежде. Потому я протянул руку и, положив ему на спину, притянул к себя ближе.

- Тогда спи, - сказал я ему волосы. - Я посмотрю телевизор.

Я не усну. Я буду смотреть по сторонам. Я прослежу, чтобы с тобой ничего не случилось. Каждое слово было правдой, и Саске опустил голову на подставленное мною плечо. Он облокачивался на меня, но ещё удерживал себя в сидячем положении, пальцы его сжали густо-зелёную обивку дивана.

- У него нет глаз, Наруто, - пробормотал Саске. Не скажу прошёлся ли холодок по моему телу от этих слов или всё дело было в дыхании Саске, коснувшемся моей шеи. Может быть, свою роль сыграло и второе, и первое. - Вместо глаз - чёрные дыры, и они не прекращая кровоточат...

Я напряжённо ждал, но больше ничего не произошло. Саске задремал, никуда не уходя, в гостиной, привалившись к моему плечу. Какой бы восторг я не испытывал, я не мог не грустить. Такое поведение совсем не похоже на Саске. Насколько же он был изнеможён?

Я сидел и не смел шелохнуться. Ни тогда, когда несколько минут спустя остальные зашли в комнату, они смотрели на нас с непередаваемыми выражениями на лицах. Какаши улыбнулся - но не нам. Он улыбнулся Обито, который стоял с таким озадаченным видом, как будто до этого момента не мог поверить, что между мной и Саске может быть что-то общее. Итачи остался безучастен, зато Орочимару выдавил такую улыбку, что я почувствовал себя униженным, точно перед объективом камеры, на которую записывалась порнопродукция.

Но опять же, разве это имеет значение? Саске уснул почти мгновенно, и дыхание его было ровным и глубоким. Начни потолок рушиться над нашими головами, я бы едва ли обратил на это внимание. В одной руке Саске по-прежнему сжимал пульт, и нескольких минут сложной и кропотливой работы ушло на то, чтобы высвободить его, и всё-таки я справился. Остальные тихонько сидели в отдалении, так что я включил обратно свой мультик и значительно уменьшил громкость.

В тот вечер старый загородный дом впервые показался мне таким же тёплым и уютным, как наша с Какаши квартира. Думаю, это был хороший вечер.

***

Саске, если не ошибаюсь, уснул около восьми. Он не двигался, поэтому и я не шевелился до тех пор, пока его что-то не встревожило во сне и он не вздрогнул. Стояло тихое ранее утро.

- Что?.. - хрипло пробормотал он, глаза опухли и покраснели, волосы спутались. Я не тратил времени зря, просто необходимо было потянуться. Задница затекла так, что я её не чувствовал. Спина громко хрустнула, когда я изменил положение. Прежде чем продолжить, Саске прочистил горло, но голос его всё равно звучал хрипло.

- Сколько времени?

- Не знаю. Фильм назад была полночь.

Мы были одни. Обито предлагал разбудить Саске, говоря, что мне, должно быть, неудобно. Мне было более чем "неудобно", агония началась задолго до того, как Обито обратился ко мне, но я не позволил ему. В конце концов, все разошлись по своим комнатам.

- Сейчас... - пробормотал Саске, протирая глаза. Он забрался на диван с ногами и обернулся. Мои ноги были по-прежнему расставлены, поэтому мы снова задевали другу друга. - Сейчас почти шесть утра.

- Ну да.

Каждая прошедшая минута отпечаталась в каждой косточке моего тела. Я снова потянулся и откинулся на спинку, подняв руки высоко над головой. Восхитительное ощущение, похожее на рай. Я усмехнулся Саске, который, приоткрыв рот - что делало его скорее смешным, чем привлекательным - смотрел на меня. Хотя, чего уж там, я лгу. Несмотря ни на что он был горяч.

- Ты спал как бревно.

Саске покачал головой, скорее недоверчиво, чем желая поспорить со мной.

- Клянусь, - заверил я его. - Как самое настоящее бревно. Ты даже ни разу не пошевелился. Я просил принести зеркало, чтобы узнать, дышишь ли ты ещё...

Дыхание, оно-то внезапно закончилось. Мне так и не удалось завершить свою мысль. Слова стали превращаться во что-то похожее на глубокие вдохи, когда Саске вздумал прервать меня, на свой лад -- наклонившись вперёд, оказавшись сверху меня, упершись руками по обеим сторонам от моей головы, чтобы удержать себя на весу. И хотя я был совершенного неготов, я позволил ему поцеловать меня, инстинктивно, не задумываясь. И если то, как он впился пальцами мне в шею, вынудив отойти от шока и ответить на поцелуй, - его способ сказать спасибо, я не против, если он будет дрыхнуть на мне хоть каждый день.

После того, как я ответил, натиск стих. Саске оседлал меня только для того, чтобы разорвать поцелуй и сказать:

- От тебя воняет.

Я по привычке ударил его в плечо, не очень ласково, и ответил:

- От тебя тоже.

- И от меня, пожалуй, тоже, - согласился Саске, как будто игнорируя меня. Оттолкнувшись от дивана, он встал. - Как бы то ни было, лучше пойти наверх.

Что ж, в его словах был смысл. Я ухватился за протянутую руку и встал. Наверху была ванная и целых две комнаты с просторными кроватями.

Саске не отпустил меня, когда я встал. Он по-прежнему сжимал мою руку - может быть, даже слишком крепко - прежде чем встретиться со мной взглядом, со смесью радости и растерянности на лице.

- Он исчез.

Как бы я ни был погружён в свои мысли, мне потребовалась всего лишь секунда, чтобы догадаться, что он говорит о призраке. В этом мог быть смысл, а могло и не быть, но я одарил Саске широкой ухмылкой и потянул его за собой прочь из гостиной.

@темы: название - Наследие (4), Наруто фф - перевожу, Наруто фф - закончен, Наруто фф